Mar. 7th, 2012

marchenk: (Default)
Вчера Святослав Каспэ на радио Свобода размышлял об опциях рационального действия для политической оппозиции. Их не так уж много, но они есть (партийные новостройки по обещанному новому законодательству, борьба на муниципальных выборах и т.д.). И, судя по всему, энергия и ресурсы системной оппозиции уйдут туда.

С внесистемной сложнее. Майданный порыв по определению недолговечен. Болотная, проспект Сахарова, белые ленты на Садовой давали неформальный статус спикеров массового протеста (на сцене митингов, в СМИ и т.д.). А это совсем не то же самое, чем позиция лидера маргинальных политических образований.

По новой уходить в формат Стратегии-31 - это тупик. Не приходится также всерьез рассчитывать на то, что рассерженные горожане рассержены настолько, что готовы сидеть по автозакам и ходить по судам, как это делают закаленные активисты. Правдами и неправдами проскочив 4 марта, власти уже дали понять, что не намерены впредь допускать визуализацию масштабов недовольства. Казалось бы завоеванная свобода собраний для МНОГОЛЮДНЫХ манифестаций окажется под угрозой как по причинам полицейского свойства (вероятность незаконного насилия со стороны "правоохранителей"), так и в силу усталости, невнятности перспектив и т.д.

Как следствие, у "радикалов поневоле" выбор небогат. Сценарии радикализации протеста, частичной кооптации в систему (а Кремль несомненно будет коррумпировать готовых к размену), ухода в бум партстроительства с прицелами на будущее - все это кисло по сравнению с теми ролями, что были зимой. Та часть оппозиции, что худо бедно институциализирована (протопартии, движения, клубы, экспертные центры и т.д.), в итоге "зафиксирует прибыль" и найдет чем заняться.

Еще туманнее ставки для тех, кто был несомненным лидером несостоявшейся снежной революции, но не имел "оргструктуры за плечами". Известность, количество френдов и проч., накладывали на этих людей обязательство быть голосом протеста и образцом диссидентского поведения (образцом - в буквальном смысле: подсказывать варианты проявления оппозиционности в быту, на рабочем месте, в публичном пространстве). Им больше всего доверяли и апплодировали. Они были трендсеттерами и носителями гражданского стиля. Через них озвучивались не столько идеи, сколько эмоции и предложения относительно простых и незатратных (с точки зрения рисков, вложенного времени и сил etc) действий, благодаря которым каждый из участников манифестаций чувствовал себя не массовкой, а со-автором сообща конструируемого События.

Read more... )
marchenk: (Default)
По поводу панк-молебна Pussy Riot, уголовного дела на арт-активисток и призыва к Патриарху.

Хотел уточнить: как в российском законодательстве прописан статус "сакральных мест"? Более менее понятно, что такое особо охраняемые объекты, какие нормы определяют правовой режим на атомных АЭС, военных предприятиях etc. А храм с т.зр. права - это что? Понятно, что собственность церкви как юрлица, "имущество религиозного назначения". И защищена законом так же, как и прочие юрлица?

В результате перформанса радикалок ущерба имуществу не было. Кощунство или святотатство, в котором их обвиняют, на юридический как-то переводится?
marchenk: (Default)
"Активист антифашистской организации «Белая роза» Александр Шморель, казненный 13 июля 1943 г. в мюнхенской тюрьме «Штадельхайм», причислен к лику местночтимых святых Берлинско-Германской епархии Русской православной церкви заграницей" (спасибо [livejournal.com profile] mezak).

Я в связи с этой историей вспомнил другую, о которой писал журнал Шпигель. В городке Монжерон братья Mauméjean в июле 1941 года (т.е. уже под нацистской оокупацией) сделали для церкви Святого Жака цветной витраж, где фигура царя Ирода Агриппы I, казнящего апостола Иакова, изображена с узнаваемо гитлеровской челкой. Такой вот жест одиночного религиозно-художественного сопротивления Холокосту. Считанный, впрочем, лишь недавно.

Page generated Jul. 27th, 2017 10:49 pm
Powered by Dreamwidth Studios